|
|
Кондопога, промышленный город в Карелии. До поры времени город можно было назвать тихим – но известные события заставили дикторов центрального телевиденья научится правильно ставить ударенье в наименовании города.
Город как древний, так и как большинство городов в Карелии – современный. Современный – потому что в городе располагается ЦБК первых пятилеток, древний – по наличию истории поселения.
Кондопога – город единственного памятника и окрестностей, ради которых в былые времена построили пятиэтажную гостиницу. Построили и забыли. По крайней мере о ремонтах в ней точно.
Приятных путешествий,
Город Кондопога и его памятники
Сегодня Кондопога – это центральная, Пролетарская улица идущая от железнодорожного вокзала к берегу Онежского озера и несколько примыкающих к ней маленьких улочек (особенно приятна улица Калинина). На Пролетарской улице расположены наиболее интересные дома в стиле «соцреализма». Обращает на себя памятник Г. Державину и карильон у здания Сберегательного банка.
Интересно пройти по подводному каналу от Нигозеро к ГЭС. В общем, сам город уютный, хотя и мало интересный.
Но в стороне от центральных улиц города и корпусов ЦБК на берегу озера расположена Успенская деревянная церковь, построенная в 1774 г. Церковь по праву называют «вершиной шатрового деревянного зодчества».
Вблизи церковь выглядит весьма внушительно, - храм немалых размеров, высота его 42 м. Венцы из циклопических бревен, не скрытые бездушным чехлом обшивки, набухают от напряжения, вознося уходящую вверх стопу.
Церковь поставлена на невысоком пригорке, омываемом с трех сторон Чупа-губой Онежского озера.
С приближением вырисовывается стройный и изящный силуэт церкви. С величавой простотой выражен художественный замысел храма-монумента в строгих, но живо пульсирующих, как пламя свечи, архитектурных формах.
Основу составляет квадратное помещение самой церкви. С востока примыкает небольшой прямоугольный алтарь, крытый бочкой, с запада – широкая, но тоже квадратная в плане трапезная. Центральная стопа храма легко возносится вверх. Своеобразие Успенской церкви в ее объемной, пространственной композиции. Здесь все подчинено главной идеи, каждый элемент подчеркивает устремленность сооружения вверх. Основной части церкви – четверику приданы удлиненные вытянутые пропорции. Восьмигранный столп – восьмерик – также очень высокий, состоит из двух ярусов. Чуть выше середины он расширяется, образуя так называемый повал, и на нем воздвигнут второй ярус восьмерика.
Сруб завершается еще более мощным расширением. Этот второй повал служит основанием шатра. Переход от нижнего узкого к верхнему – широкому ярусу восьмерика украшен зубчатым пояском из треугольных фронтончиков.
Крыльца с верхней площадкой, утвержденной на матерых брусьях, кажутся созданными для важной поступи исполинов.
Входим внутрь здания, здесь прохладно и полумрак. После небольшой, сравнительно узкой паперти открывается просторное помещение трапезной. Вокруг стен – мощные лавки.
В интерьере трапезной есть деталь, какую увидишь в церквях не часто. Два резных столба с фигурными кронштейнами подобно идолам с воздетыми руками поддерживают потолок трапезной.
После низкой трапезной главное помещение церкви кажется высоким, хотя оно занимает одну шестую часть общего объема здания, не достигая и верха четверика, Верхняя полая часть вместе с шатром отделена от интерьера церкви потолком с «небесами». «Небо» состоит из шестнадцати треугольных досок с изображениями архангелов, с фигурой Христа в образе Великого архиерея в центре; оно скрывает собою строительную систему перекрытия, простейшую по конструктивной мысли и весьма хитроумную в техническом выполнении, придавая вместе с тем смысловую завершенность храму.
Живопись «неба», как и высокого четырехъярусного иконостаса, современна построению храма. Вначале иконостас был тябловый - отдельные ярусы разделялись между собою расписными досками, а иконы каждого яруса стояли вплотную друг к другу. Но уже вскоре после построения был устроен резной и позолоченный иконостас. Между иконами вставлены столицы и колонки, ярусы разделены карнизами. Столицы раздвинули иконы» и крайние из них по сторонам оказались вынесенными на «завороты», по боковым стенам, как это можно встретить нередко.
Резьба искусна и красива, но в целом иконостас мало вяжется с живописью икон; исполненные в поздних традициях заонежской школы живописи, с сочной декоративностью письма, они не нуждаются в дополнительном обрамлении иконостаса. Но такова была мода, а требования моды не всегда, как известно, согласуются с художественным вкусом.
Ист.
В.Г. Брюсова. По Олонецкой Земле, М. 1972
Э.С. Смирнова. По берегам Онежского озера, М.. 1969