Переславль-Залесский

Обзор достопримечательностей Ярославской области

 

 

Архитектурные памятники Переславля-Залесского

Овеянное легендами Плешеево озеро, изумительное по красоте и чистоте, представляет, наверное, одну из главных ценностей Переславля-Залесского. В его глубинах до сих пор водится знаменитая ряпушка - "царская селедка", которая подавалась к великокняжескому и царскому столу. Переславская ряпушка красуется даже на гербе города. Для сохранения уникальной природно-исторической среды, на территории города и его окрестностей в 1988 году создан Переславский национальный парк.

Подобно Ростову, Переславль встал на берегу озера, но если Ростов распластался на ровной приозерной низине, то Переславль, припав у устья Трубежа к самым водам Плещеева озера, вскинул свои крылья высоко на прибрежные горы, и там, на высоте, один напротив другого встали древние монастыри: Горицкий - на стороне, обращенной к Москве, Никитский - на ярославской стороне. Несколько дальше, на север по берегу озера, за Никитским монастырем расположен древнейший памятник - земляные валы города Клещина, предшественника Переславля.

Это была первая попытка построить город в этих краях, и выбор места, очевидно, продиктован исторической традицией: Клещин расположили поблизости от древней «Ярилиной плеши» - высокого берегового уступа, где уже в VIII веке было славянское поселение. С валов, поднятых на высокий берег, Плещееве озеро видно как на ладони, но только видно, не больше. С этой стороны озеро совершенно недоступно, ибо у этих берегов огромное пространство заняло такое мелководье, по которому вряд ли дойдет до берега даже легкий челнок. Таким образом, город Клещин оказался в стороне от водных путей и с постройкой Переславля был заброшен, просуществовав всего несколько десятилетий.

Но свято место пусто не бывает. Чуть в стороне от Клещина князь Юрий Долгорукий решил строить новый город Переславль. От прежнего города, строительство которого завершил Андрей Боголюбский, сохранились до наших дней только валы длиною около двух километров и Спасо-Преображенский собор. Валы высотой от десяти до пятнадцати метров, шириной шесть - восмь метров были когда-то одним из самых больших земляных укреплений Северо-восточной Руси. Насыпь завершали дубовые стены, поставленные в два ряда, и двенадцать башен.

За городскими укреплениями, как и восемьсот лет назад возвышался одноглавый белокаменный Спасо-Преображенский собор, старейшее сооружение Залесской земли. Всем своим суровым и неприступным обликом собор свидетельствует о том, что это главное здание укрепленного города.

Спасо-Преображенский собор

На Красной площади, где в княжьих палатах, в 1220 году родился великий сын Руси Александр Невский, в 1958 году был установлен памятник легендарному землеку. Ничего не сохранилось от деревянных палат и изб на древней Красной площади Переславля, но как в глубокой древности, так и ныне над площадью возвышается белый кристалл Спасо-Преображенского собора. Это подлинно бесценное архитектурное сокровище нашего края, старейший памятник не только современной Ярославской области, но и всей древней Владимиро-Суздальской Руси, в том числе и Москвы. Заложенный в 1152 году Юрием Долгоруким и достроенный в 1157 году при Андрее Боголюбском Спасо-Преображенский собор стоит на том историческом рубеже, с которого начинается величайший подъем Владимиро-Суздальского зодчества, этой классики не только русского, но и всего европейского средневековья, классики в прямом, первоначальном смысле этого слова, ибо где еще в целой Европе можно найти средневековые памятники такой ясности, силы и красоты, какие были созданы перед Батыевым нашествием на землях Владимиро-Суздальской Руси…

По великолепной технике кладки Спасский собор можно полностью отнести к Владимирской архитектуре, а по внешнему облику он, пожалуй, ближе к мощной, суровой простоте Великого Новгорода. Лишь городчатый поясок под куполом да скромные арочки на карнизах апсид украшают здание. В великолепном сочетании закомар, большой средней и несколько меньших крайних, в таком же сочетании трех апсид алтаря, в переливе светотеней на их полуцилиндрах, в чистой глади стен, украшенных лишь узкими бойницами окон, зодчий искал и нашел ту величавую красоту, которой дышит храм. Простота - самое величайшее достижение зодчества и самая труднейшая задача его. Как часто мы видим и в памятниках прошлого и у наших современников, что в поисках этой, доступной лишь таланту простоты зодчие срываются в упрощенчество и тем губят свое искусство.

Спасо-Преображенский собор

А в Спасо-Преображенском соборе высокий накал искусства виден во всем его облике. Чтобы судить об этом дивном памятнике древнего зодчества, надо увидеть его в натуре. Можно, конечно, в какой-то мере оценить его и по фотографиям, но, к сожалению, слишком часто приходится видеть в книгах совсем неудачные снимки с переславского собора. Дело в том, что Красная площадь Переславля мала и собор, сфотографированный со слишком близкого расстояния, на снимках «опрокидывается», линии его стен кажутся сходящимися кверху. Наверное, именно поэтому порой приходится слышать несправедливые отзывы об этом удивительно гармоничном памятнике, что купол у него велик, а собор тяжел и статичен. Первоначальная форма купола достоверно пока неизвестна. В переславском музее на модели собора купол сделан в виде низкой полусферы. Конечно, такие византийские купола делались в древности, но несомненно и то, что на русском севере эта форма не могла прижиться: снег ложился шапкой на купол и искажал его форму. Очень рано русские зодчие стали вытягивать купола вверх, делать их шлемообразными. Современный купол собора хорошего спокойного рисунка и, если бы не узкая вершина, слишком высоко поднимающая яблочко креста, то по своим очертаниям он очень походил бы на купол новгородского храма Спаса Нередицу, построенного в XII веке и в начале XX века реставрированного. Однако первоначально купол имел, видимо, иную, шлемовидную форму.

В «Истории русского искусства» сказано, что постройки Юрия Долгорукого имели «...массивный барабан главы, с шлемовидным, почти плоским куполом». Но этому плохо верится. Памятников, подтверждающих правильность такого утверждения, у нас нет. Конечно, была и плоская форма шлемовид-ного купола, например купол Дмитриевского собора во Владимире, но такой купол ставился на барабан, высота которого превышала диаметр. Не то в Переславле. Попробуйте пририсовать над массивным барабаном Переславского храма силуэт плоского купола Дмитриевского собора, композиция здания рухнет, и собор, на самом деле, покажется и статичным, и грузным. А он не таков. Для его осанки характерны не статичность, а спокойная ве­личавость, не тяжесть, а такая великанья мощь, что человеку, не видевшему памятник в натуре, он кажется на фотографиях исполином, а на самом деле храм очень не велик, пожалуй, просто мал. Нельзя, конечно, рассматривать памятник и вне истории, нельзя забывать, что пропорции его нарушены, что он врос в землю. Профессор Н. Н. Воронин выяснил, что собор погружен в землю на два квадра белокаменной кладки. Это очень важное сообщение. Может показаться, что изменение высоты здания всего лишь на 2 квадра мало и большой роли не играет. Но это не так. Убрать наросший вокруг слой земли, и пропорции памятника поразительно изменятся. Два квадра, только два квадра, и потерянная гармония восстанавливается. Только памятник гениального мастерства может так чутко откликаться на малейшее изменение пропорций.

При строительстве храма применялась техника кладки того времени: хорошо отесанные каменные блоки выкладывались в два параллельных ряда, промежуток заполнялся валунами, битым камнем и заливался известью. В стены заложены деревянные связи-стяжки. Фундамент не очень глубокий, но широкий и выложен из бутового камня на известковом растворе. Строители так возвели храм, что при громадном весе он стоит "не шелохнувшись" более восьмисот лет.

Камни, из которых одновременно возводились внутренняя и внешняя кладки стен, вытесаны с такой тщательностью, что собор воспринимается единым белокаменным монолитом. Простые архитектурные украшения, не скрывающие массивности тяжелых стен, усиливают их строгость. Апсиды алтаря почти одной высоты с самим зданием сливаются с его кубообразной формой. Приземистый, он кажется еще ниже от наросшего метрового слоя земли. Просто и строго решен его интерьер. В XII веке стены были расписаны, но из-за небрежения и халатности, которые, к сожалению, так часто имеют место в отношении к памятникам культуры, фрески в ХIХ веке погибли. В нем были первоклассные произведения живописи и прикладного искусства: храмовая икона Преображения, приписываемая Феофану Греку, серебряный потир Юрия Долгорукого. Сейчас они находятся в различных музеях. Так, потир хранится в Оружейной палате Московского Кремля.

В современном виде собор оставляет неизгладимое впечатление, и можно лишь радоваться, что он исключительно хорошо сохранился в тех исторических бурях, какие обрушивались на него. А бурь этих было много. Правда, после этих разорений собор вновь и вновь восстанавливался. Великие князья и цари по понятным причинам проявляли о нем необычайную заботу. Еще бы - древнейший памятник сердца России, всей Северо-восточной Руси, древнейший памятник Московского княжества. В 1403,  1442 и  1626 годах проводились реставрационные работы.

Последняя реставрация в девяностых годах XIX века проводилась под руководством академика архитектуры В. В. Суслова. К этому времени старинная роспись собора сохранилась лишь в отдельных местах, при этом слои штукатурки грозили падением. В. В. Суслов снял всю древнюю роспись и залил с обратной стороны гипсом. Он предлагал фрески музеям Москвы и Петербурга, а также Академии художеств. Было даже предложение сделать в музее деревянный макет свода и, закрепив на нем части древних фресок, произвести полную их реставрацию. Предложение это не было принято, и В. В. Суслов был вынужден передать на хранение законсервированные фрески старосте Переславского собора. Быть может, фрески эти и сейчас еще целы? Находка их, конечно, имела бы огромное значение. По требованию заказчиков на месте древних фресок была сделана не представляющая художественной ценности роспись, которую мы видим в настоящее время. В это же время поставлен аляповатый мраморный иконостас. Но даже испорченный в своем внутреннем убранстве собор очень интересен.

Поблизости от Спасо-Преображенского собора в 1585 году была поставлена церковь Петра Митрополита, в память видного церковного деятеля начала XIV века, первого митрополита Москвы Петра. Отдавая дань распространившемуся во времена Ивана Грозного шатровому зодчеству, древние мастера вместе с тем построили здание невысоким, сообразуясь с равнинным ландшафтом Переславля и приземистыми пропорциями древнего собора города.

Церковь Петра Митрополита

Церковь Петра - памятник торжественный, могучий и своеобразный. В старину он был охвачен открытыми гульбищами, лежавшими на открытой аркаде. Сейчас не видно ни аркад, ни гульбища, оно превращено в закрытую галерею, крыша которой наползает на срединный массив храма, лишая его былой стройности. Сейчас, лишь приглядевшись, можно понять, что этот объем имеет в плане форму креста, таким образом, это - не обычный четверик. Сверху над ним поднимается еще одна ступень - невысокий восьмерик, поддерживающий шатер. Все интересно, все композиционно крепко. У церкви Петра митрополита есть предшественник, это церковь Вознесения в селе Коломенском под Москвой. Легко заметить, что и план, и ярусы у обоих зданий одинаковы. Но зодчий церкви Петра и не пытался повторить то главное, ту величайшую стремительность, которой дышит храм Вознесения. Эта скромность зодчего, сознание ограниченности своих сил спасли церковь Петра митрополита, сохранили ее самостоятельное значение, и мы теперь можем не только с интересом изучать замечательные конструктивные особенности здания, которых в нем много, мы можем разглядеть в нем подлинное произведение большого искусства.

Рядом с церковью Петра Митрополита расположены еще две церкви. Владимирский собор и церковь Александра Невского (XVIII в.) построены на территории бывшего Богородицко- Сретенско - Владимирского девичьего монастыря. От ограды монастыря сохранились небольшие фрагменты.

 Владимирский собор и церковь Александра Невского

Для Москвы и Петербурга это время развития стиля барокко в архитектуре. Но провинции это влияние еще не дошло. В постройках появляются лишь отдельные барочные детали. А по своему облику - кубической форме, высокому пятиглавию, - они тяготеют к храмам XVII века.

Владимирский собор венчает высокое пятиглавие. Убранство фасадов сдержанно. Облик здания определяют криволинейное покрытие и очень большие главки на тонких вытянутых барабанах. Церковь Александра Невского, стоящая рядом, похожа на Владимирский собор. Одинаковое завершение храмов позволяет предположить, что возводили их одни и те же мастера. Церковь Александра Невского отличают меньший размер и еще более скромный облик. После упразднения монастыря в 1764 г. храмы превращены в приходские. Владимирский стал главным городским собором и получил название Новый собор, в отличие от старого Спасо-Преображенского.

Владимирский собор

В 1917 г. Новый собор был в хорошем состоянии, считался в городе даже богатым. Но в последующие десятилетия он использовался как производственное помещение, поэтому интерьер и утварь собора не сохранились.

Одним из самых замечательных памятников в стиле барокко в Переславле является церковь Симеона Столпника, построенная в 1771 году на правом берегу Трубежа, у дороги из Москвы в Ярославль. Окрашенные в белый цвет наличники окон, карнизы и пилястры эффектно выделяются на красном фоне стен. На первом этаже размещается теплый зимний храм, на втором - летняя церковь.

Церковь Симеона Столпника

К храму примыкают шатровая колокольня и одноэтажная сторожка, лишенная нарядных деталей. Нужно отметить, что окна на этажах отличаются размерами и наличниками.

На окраине города у Плещеева озера стоит Сорокосвятская церковь, построенная в 1775 году местной артелью каменщиков. Она представляет собой массивный кубический объем, увенчанный пятиглавием. Боковые главы стоят не по углам основного массива, а на фронтончиках, расположенных в центре каждого фасада. Такая композиция имеет аналогию в культовых зданиях деревянного

Сорокосвятская церковь

Она представляет собой массивный кубический объем, увенчанный пятиглавием. Боковые главы стоят не по углам основного объема, а на фронтончиках, расположенного в центре каждого  фасада.

 В небольшом водоеме возле Никитского монастыря, как в зеркале, отражаются две тяжело всплеснувшиеся вверх каменные волны с глубокой впадиной между ними. Это Смоленско-Корнилиевская церковь - памятник, начатый постройкой в XVII веке и оконченный в XVIII (1696—1705). Вид у храма необычный вид. Церковь, колокольня, но под колокольней что-то очень похожее на жилой дом. Все становится ясным, когда узнаешь, что стоящая сейчас одиноко Корнилиевская церковь раньше была центром монастыря. Под колокольней корпус келий, а между ним и церковью трапезная.

Смоленско-Корнилиевская церковь

Целый сложный узел, и сложность эта привела к необычайной композиции. Все здание задумано как два высоких ярусных объема, высота которых должна подчеркиваться расположенной между ними низкой палатой для трапезы. Смелая, ясная композиция. Блестящее решение трудной архитектурной задачи. И, несомненно, такое решение по плечу лишь большому художнику. Но почему же тогда он совсем не справился с ритмом уходящих вверх объемов? Ведь колокольня кажется случайной надстройкой над братским корпусом, ярусный верх колокольни, в свою очередь, как-то приплюснут, а восьмерик церкви низок, придавлен, и уже совсем непонятно, почему окна на нем сдвинуты вниз? От этого впечатление приземистости всего здания еще более усиливается.

Н. Н. Воронин в книге «Переславль-Залесский» справедливо замечает: «...кажется, что над ним (восьмериком) должен возвышаться еще один восьмерик, создающий стройность и легкость композиции...»"

Думается, что автор этих строк глубоко прав, тут и лежит разгадка. Наверно, так и было задумано, а потом... Что случилось потом, мы не знаем. Известно только, что все небольшое здание строилось целых 9 лет, а за эти годы много воды утекло. Похоже, что постройку заканчивал другой, посредственный мастер, который, вместо постройки третьего яруса просто немного надстроил восьмерик второго, отчего окна оказались смещенными вниз. Наверное, новый строитель напутал и в декоративном убранстве. Вместо хорошего, сочного рисунка нижних наличников в верхних ярусах появились довольно сухие обрамления, от которых веет скукой. Напутано и с крыльцами: два расположенных рядом крыльца очень неравноценны.

Большую роль в сложении архитектурного облика города сыграли монастырские ансамбли. Горицкий Успенский монастырь, возникший в XVI веке, при Иване Калите, занимает возвышенность у южной части Плещеева озера и господствует над городом. Недалеко от Горицкого монастыря расположен другой монастырь, Данилов, основанный в 1508 году. В северном направлении от города на пространной возвышенности высокого берега Плещеева озера расположен Никитский монастырь. При выезде из города, в направлении Москвы стоит Федоровский монастырь. Считается, что он существовал уже в XV столетии, но известность он получил после того, как в 1557 году у Ивана Грозного недалеко от города (там, где стоит теперь Федоровская часовня) родился сын Федор, названный по имени святого, которому был посвящен монастырь.

Дорога из Ярославля в Москву плавно изгибается с холма на холм. Недалеко от дороги утонувшая в зелени стоит прелестная Черниговская часовенка (1702). Крошечное зданьице удивительно гармонично. Прекрасно найдены пропорции всех его трех ярусов, завершенных главкой с узорным, прямо-таки кружевным крестом. Озаренные солнцем изогнутые грани вось­мериков и полуколонки, отделяющие их друг от друга, дают богатейшую игру светотеней. Затерялась в полях жемчужинка, да нет, не затерялась, вот она лежит, сверкает, радует глаз.

Своим живописным видом Никитская обитель останавливает на себе внимание: величественная каменная стена с башнями, пятиглавые соборы и высокая колокольня. Раньше до постройки колокольни шатры и главы полого, как бы повторяя пологую линию холма, поднимались к единственной вершине, к единственному композиционному центру всего ансамбля - огромному среднему куполу Никитского собора.

Никитский монастырь

За невиданно короткий срок – в три года, с 1561 по 1564 год – монастырь был полностью перестроен. Здесь сооружаются стены с башнями, трапезная церковь и служебные постройки. На удивление всем сносится только что построенный собор, и на его месте воздвигается новый собор. Позднее, в 1643 году, стены и башни после Смсутного времени были восстановлены, и монастырь вновь стал таким же, каким его построили в XVI веке зодчие царя Ивана. Даже теперь, изглоданные веками, обветшалые стены и башни оставляют сильное впечатление. В них все настоящее, грозное, боевое, и только круглые вышки, поставленные в XIX веке на верху древних башен, портят памятник.

Центром монастыря является огромный, превосходящий по размерам все храмы XVI века, возведенный по повелению Ивана Грозного, Никитский собор.

Никитский собор

Южный придел Никитского собора, по сути дела, совсем не придел. Это первый, построенный еще при отце Ивана Грозного, князе Василии III, каменный храм монастыря. На его стенах, примерно на половине их высоты, до сих пор можно разглядеть рельефный трехлопастный рисунок, соответствовавший старым сомкнутым сводам с распалубкой. На этой высоте была кровля здания, а весь верх придела надстроен при сооружении собора. Каким маленьким и низеньким был этот храм; не дивно, что, приступая к сооружению нового собора, Грозный предполагал старый храм просто разобрать. Мы можем лишь радоваться, что Иван Грозный не стал спорить, когда зодчие поперечили ему, предложив встроить древний храм в новый огромный собор, который поражает даже нас своими размерами и величественной осанкой.

Собор четырехстопный, увенчан торжественным пятиглавием с особенно мощной центральной главой.

Позднее время усердно потрудилось над собором: оно уничтожило дуги закомар, растесала окна, окружила храм низкой, безликой галереей. Но собор и поныне величественен и снаружи, и внутри, где широко расставленные опорные столпы расширили его средний корабль, сузив зато боковые. Это создало впечатление особого простора внутри здания, и это же позволило завершить здание огромным, шести метровым куполом, ставшим композиционным центром всего ансамбля. Многое удивительно в архитектуре соборе: и очень широко расставленные столпы, и стрельчатая форма арок, несущих главу. Барабан среднего купола лежит на необычных для русской архитектуры стрельчатых арках, загадка которых так и утонула в веках. Возможно, что в строительстве собора принимали участие грузинские мастера, которые могли приехать вместе со второй женой Ивана Грозного Марией Темрюковной.

«Почерк» иного мастера чувствуется в стоящей напротив собора Благовещенской церкви, напоминающая пятиглавую трапезную церковь Горицкого монастыря. Высоко поднятая на подклет, с тяжелым монолитом апсид на востоке и огромной двухэтажной трапезной, пристроенной с запада, церковь эта не выглядит таким мощным сооружением, как собор, хотя превышает его размерами. Возведение трапезной было начато еще при Иване Грозном, а в последнем десятилетии XVII века она была надстроена и расширена.

Благовещенская церковь

Вплотную к трапезной примыкала звонница. На ее месте в 1668 году построена шатровая колокольня, немного грузная, но не смеющая спорить с собором и потому прекрасно вошедшая в ансамбль. Это чутье, это понимание нерушимости единства ансамбля, присущее старым мастерам, начинаешь особенно высоко ценить, когда, выходя из стен монастыря, видишь его новую колокольню (1818).

Горицкий монастырь, основанный еще в XIV веке, при Иване Калите, расположен на возвышенности у южной стороны Плещеева озера. Время смыло следы веков с высоты Горицкого холма, и от седой старины осталось лишь место, которое шесть столетий тому назад выбрали строители монастыря. Стоящие здесь постройки относятся к середине XVIII века, и язык не поворачивается величать их «седой стариной», особенно тут, на таком древнем холме.

Новый этап в истории обители наступает в 1744 году, когда монастырь стал резиденцией епископа Переславской епархии. Началось большое строительство. Возвели новый собор, колокольню, перестроили монастырские стены. Бурная перестройка Горицкого монастыря совершалась в соответствии с барочными вкусами еще петровского времени. На месте старого собора XVI века был поставлен новый Успенский собор, пятиглавие которого органически соединилось с пятиглавием старой трапезной.

Успенский собор

Значительный по размерам кубический объем окружен галереей и завершен пятиглавием. Композиция завершения усложняется двумя главами восточной части, образуя семиглавие. Декоративное убранство стен немногословно и имеет плоскостной характер. По контрасту с ним в высоком и светлом интерьере стены и своды покрыты вычурными лепными украшениями, характерными для эпохи барокко. Внутренняя отделка собора редкий по сохранности пример барочного интерьера. Работы проводились под руководством Алексея Петрова. Почти все мастера были приглашены из Ново-Иерусалимского монастыря. Настенная роспись сочетается с лепниной, скульптурными изображениями голов херувимов и эмблемами императриц Елизаветы и Екатерины II. Подвижное пластическое пространство Горицкого монастыря завершается огромным великолепным золоченым резным иконостасом работы Якова Жукова.

Живописная группа церквей монастыря, сосредоточенная у северной стены, мало связана с другими сооружениями монастыря: с колокольней на восточной стене, со Святыми воротами в юго-восточном углу ограды.

Стены и башни, издалека, из города кажутся основным связующим элементом всего ансамбля. Спокойные, ясные, мощные, они очень хороши. Самая высокая стена обращена на юг, прорезана тремя рядами бойниц. Восьмигранная башня завершается деревянным шатром.

Западная стена Горицкого монастыря словно ножом обрезана. По проекту между собором и Всехсвятской церковью должно располагаться связующее звено, так называемая «Гефсимания». Ее строили 10 лет, потом забросили и, наконец, разобрали.

Еще грустнее судьба Всехсвятской церкви, сооруженной в XVII веке, а позднее сильно испорченной. Высокая и стройная, она теперь завершается такими непропорционально мизерными, да к тому же еще и вычурными, главками, что все ее обаяние пропадает.

Церковь Всех Святых

В юго-восточном углу ограды сохранился маленький островок нетронутой древности. Это стоящие рядом Проездные и Святые ворота (XVII) - памятники поразительные, неповторимые, уникальные.

Человеком щедрой и светлой души был зодчий, создавший их изумительное убранство. Чувство радостного изумления охватывает каждого, кто подходит к этим веселым, праздничным сооружениям, а по мере того, как все пристальнее вглядываешься в богатейший узор каменной резьбы, чувство удивления все нарастает. Этот узор почти сплошь покрывает и арку Проездных ворот, и нижний этаж Святых ворот, служивший кельей вратарю, и небольшую калитку (сейчас заложенную) рядом с роскошной аркой Святых ворот. Казалось бы, как при таком изобилии не скатиться к пестроте, к украшательству, к навязчивой красивости.

В древней Руси для украшения стен широко использовался так называемый лекальный кирпич. Подсчитано, что для сложнейшего узорочья южного и восточного фасадов зданий у ворот монастыря было использовано всего около десяти кирпичных деталей. Свободных поверхностей стены почти не имеют. Вся стена решена пластически: поребрики, балясины, декоративные колонки, сложного рисунка наличники, кокошники создают богатейшую игру материала, света и тени.

Памятник композиционно предельно ясен. Он легко читается, глаз сразу выделяет главные элементы сооружения - арки ворот. Обрамленные рубчатым узором, далекие от геометрической правильности, они в то же время довольно точно вписываются в дуги окружностей. Их сложный узор лаконичен и строг, а двойные низкие колонки Проездных ворот, будто осевшие под тяжестью арки, создают впечатление невероятной мощи этого, по сути совсем небольшого сооружения.

Зодчий с большим вкусом сочетает расточительно-щедрый убор со спокойными, гладкими плоскостями. На стенах кельи вратаря эти плоскости как бы поддерживают широкий и ритмичный пояс украшении, завершающий первый этаж здания.

По-иному, но так же ритмичен декор Проездных ворот с парными прямоугольными ширинками, над которыми лежат большие квадраты со вставленными в них прелестными в своей наивной условности барельефами коней, формы которых напоминают народные глиняные игрушки.

На территории монастыря расположен краеведческий музей. В 1966 г. в Горицкий монастырь перевезли деревянные часовни XIX в. из деревни Фонинское и деревни Старово. Они дают представление о том, как выглядели в прошлом веке часовни в деревнях и у дорог Центральной России.

Разные судьбы бывают у архитектурных памятников. Вот высоко над Переславлем стоят два соседа, два монастыря. Древний Данилов и древнейший Горицкий. Трудно поверить, что Горицкий почти на два столетия старше, так оскудела его сокровищница и так богат Данилов монастырь.

Троицкий Данилов монастырь основан в начале XVI века Данилом, монахом Горицкого Ансамбль монастыря окончательно сложился в начале XVIII в. Торжественность входу на территорию обители придают главные монастырские ворота. Внутри каменной ограды располагались многочисленные хозяйственные постройки, колокольня, миниатюрная Всехсвятская церковь с больничными палатами, братский корпус. Две постройки монастыря уникальны: Троицкий собор и трапезная палата с Похваленской церковью.

Самый древний из памятников монастыря - Троицкий собор. Одноглавый Троицкий собор спокоен и величав, фасады почти лишены убранства. Стены собора членятся простыми пилястрами и завершены закомарами. Узкие окна стен и барабана скупо освещают внутреннее пространство. Строгая килевидная арка портала, килевидные очертания закомар и скромный аркатурный поясок по барабану - вот и все украшения, но они сплавлены зодчим в единый сплав и, дополняя друг друга, усиливают радостное впечатление.

Эти невысокие граненые апсиды, эти арки настоящих закомар, все эти детали мы уже видели в Борисоглебском соборе, который в 1522 - 1524 годах построил знаменитый зодчий Григорий Борисов. Троицкий собор - его же детище. И похож он, очень похож на собор Борисоглебского монастыря, только сохранился лучше, только сам он выше и стройнее. Здесь нет роскошного каменного кружева, здесь все просто, а впечатление праздничной нарядности не оставляет.

У многих древних памятников окна изуродованы растеской, но, пожалуй, нигде это искажение так не режет глаз, как в Троицком соборе: тут рядом с новыми широкими окнами сохранились старые - узкие, и даже не искушенный в архитектуре человек сразу видит, насколько эти окна чужды памятнику, чужды и безобразны.

Роспись Троицкого собора, произведенная художественной артелью Гурия Никитина без малого на полтора столетия позднее постройки, усилила и дополнила художественное звучание памятника. Ее можно рассматривать часами: то, стоя посреди храма и запрокинув голову, глядеть на гигантский, занимающий весь купол образ Спаса - поразительный образец монументальной иконописи XVII века, то бродить, разглядывая детали, наполненных бытовыми подробностями композиций на темы Апокалипсиса.

Позднейшие пристройки к собору: придел над гробом основателя монастыря Даниила (1660) и примыкающая к нему колокольня (1689) могут вызвать только чувство досады.

В 1667 году была перестроена Всехсвятская церковь – первое каменное сооружение монастыря. Ее изящные декоративные детали перекликаются с убранством соборной колокольни того же времени, которую строили костромичи. Часы колокольни подобны часам на звоннице в Борисоглебском монастыре под Ростовом.

Эта маленькая церковка построенная на два года раньше колокольни. Простая и скромная, она не претендует на строгость рисунка, но, сколько в ней ясной и немножко наивной непосредственности. Кажется, мастер смеется над всякими правилами и канонами. Вот два соседних окна, а наличники у них разные, и тут же в сторонке почему-то вделан в стену без всякого намека на симметрию квадрат барельефа. Почти живописная сочность и прихотливость убранства здесь не спорят с большой сдержанностью, присущей всему зданию. Каждая мелочь говорит о безошибочном вкусе строителя. Странно предположение, кочующее из книги в книгу, что строительство Всехсвятской церкви и колокольни - дело рук одних и тех же мастеров.

Если и есть какие-либо общие черты в убранстве (их очень мало), то все это легко объясняется заимствованиями, сделанными при постройке колокольни. Всехсвятская церковь великолепно слилась с окружающим ее простором русской природы. Монастырских стен не сохранилось, и какими они были, мы не знаем.

Совсем иным духом пронизаны другие памятники, стоящие в Даниловском монастыре. Большая стройка разворачивается здесь в конце XVII столетия, покровителем которого был князь И. Варятинский. На его средства пристраивается к Троицкому собору (1532) придел над местом погребения основателя монастыря Даниила.

У Варятинского было любимое строительное «детище» - трапезная (1695), на создание которой он потратил «одиннадцать тысяч двести тридцать семь рублей тридцать алтын и две деньги».

Трапезная с Похваленской церковью

Монастырская трапезная с Похваленской церковью, датой сооружения которой считается 1695 год, была создана на уровне столичных образцов с применением дорогостоящего убранства – деталями из резного белого камня. Из всех монастырских трапезных Переславля эта самая замечательная. Огромная, с примыкающей к ней Похвальской церковью, одетая в роскошное барочное убранство, с широким карнизом из рубчатых раковин, лишь отдаленно напоминающих об арках закомар, эта палата — целый архитектурный комплекс, вносящий дух расточительной роскоши, такой чуждый старым зданиям монастыря. Трапезная палата очень нарядна, очень богата. Несомненно, это памятник весьма высокой технической культуры. Например, есть сообщения о том, что церковь и палата имели центральное отопление, тепло в них подводилось снизу из особой камеры.

Федоровский монастырь - в прошлом один из самых знатных и богатых обителей - заложен в память о жестокой битве в 1304 году между войсками московского князя Юрия Даниловича и тверского Михаила Ярославовича. Битва произошла в день Федора Стратилата. В этом монастыре больше, чем в каком-либо другом, жилых и общественных каменных зданий XVII - XVIII вв.

Среди них похожие друг на друга "Старые кельи" и "Новые кельи". Помещения первых этажей перекинуты сводами, на окнах узорные наличники. На втором этаже широкие оконные проемы без наличников.

Самое раннее сохранившееся сооружение монастыря - Федоровский собор 1557 г. Храм традиционен. Четырехстопный, пятикупольный, главки тяжелые, луковичные по форме.

Федоровский собор

Строительство собора связывают с рождением царевича Федора, второго сына царя Ивана Грозного, который согласно местному преданию появился на свет недалеко от Федоровского монастыря.

В 1710 г. на средства Натальи Алексеевны, сестры Петра Первого, построена Введенская церковь, а в 1714 г. - Казанская для престарелых и больных монахинь монастыря. В убранстве этих построек чувствуются веяния новой европейской моды, пришедшей с правлением Петра I.

Сегодня Переславль-Залесский привлекает своими замечательными памятниками зодчества. Разнообразные по своему облику древние сооружения во многом будут и впредь определять лицо города. Создаваемые в последнее время вокруг архитектурных памятников заповедные зоны помогут сохранить сложившийся веками характер застройки. Привлекает туристов и созданный в последние время Дендросад, расположившийся недалеко от центра города на площади 50 гектаров, который поможет увидеть богатство флоры всего мира. В дендрарии произрастают растения нескольких сот видов, среди которых множество экзотических.

Рядом с Даниловым монастырем, практически над современным шоссе стоит Сретенская церковь, построенная в стиле классицизма в 1778-1785 гг.

Сретенская церковь

Рядом с валами древнего города располагаются еще два храма. Знаменская церковь построена уже в наше время в русском стиле на месте разрушенной одноименной церкви.

Знаменская церковь

Покровская церковь была построена в 1789 г. в стиле барокко. Церковь примечательно тем, что бы не закрывалась в советское время.

Покровская церковь

Гражданская застройка города Переславля-Залесского - довольно типична и представлена многочисленными каменными домами и частной застройкой.

Прокрутить вверх

 

• РОСТОВ

  

• углич

  

• Улейма

  

• Борисоглебский

  

   

•  

Allross (С)

Домой | Карты | Гостиницы | Погода | Гостевая книга | Форум | English| Реклама

 

 

 

Реклама